Алупка — принцесса, не ставшая королевой

Для большинства путешественников по Крыму в первой половине XIX века и вплоть до 70-х годов Южный берег ассоциировался отнюдь не с Ялтой, а с Алупкой. Именно Алупку называют главной жемчужиной Крыма вояжеры накануне Крымской войны и в течение двадцати лет

А.Мальгин

Для большинства путешественников по Крыму в первой половине XIX века и вплоть до 70-х годов Южный берег ассоциировался отнюдь не с Ялтой, а с Алупкой. Именно Алупку называют главной жемчужиной Крыма вояжеры накануне Крымской войны и в течение двадцати лет по ее окончании, в то время как Ялта для них лишь маленькая пристань, перевалочный пункт для разъезжающейся по Южному берегу аристократии. Своей славой Алупка была обязана неутомимой деятельности графа Воронцова, который сделал ее центром своих крымских владений в первой половине XIX века, построив здесь роскошный дворец и разбив парк, а также обеспечив маленькую татарскую деревню мечетью и кое-какими удобствами. В течение двух десятков довоенных лет именно в Алупке концентрировалась вся светская, культурная и курортная жизнь Южного берега Крыма. Светлейший князь умер в 1853 году, после чего его имение на правах майората перешло сыну князя С. М. Воронцову. Со смертью последнего в 1882 году имение переживает период упадка, который длился, по существу, до 1904 года, когда оно перешло во владение Другой ветви Воронцовых - Воронцовым-Дашковым. Испытывая нужду в средствах, все это время владельцы Алупки сдавали земли имения в долгосрочную аренду под дачную застройку.

Первое время после смерти основателя имения М. С. Воронцова Алупка, как курортная местность также переживала упадок. Вскоре после Крымской войны почтовая станция была перенесена в Мисхор, а гостиница, построенная в деревне, прекратила существование. Но несмотря на то. что потомки светлейшего князя не занимались более развитием Алупки, память о ее славе, воплощенная в прекрасном дворце и парке Воронцова, продолжала привлекать к светскую публику. Начиная с 70-х годов XIX века Алупка эксплуатирует прежний образ своего курортного величия, будучи едва ли не самым дороги и первое время в общем-то неблагоустроенным местечком Южного берега. Автор путеводителя по лечебным местам Южного берега В Чугин так характеризует обстановку местной «гостиницы», сменившей прежнее воронцовское заведение: «Номера все настолько малы, что едва только вмещают две железные кровати, небольшой деревянный грубой работы стол, небольшой комод и пару стульев... вся мебель так проста и ветха, как в любом провинциальном постоялом дворе».

В 70-е годы на землях, прилегающих к воронцовскому имению и деревне Алупка, стали строиться частновладельческие дачи, которые вплоть до начала XX века и предоставляли приезжающей публике места для жизни. К концу 80-х годов дачами была застроена обширная территория близ деревни, в которой в 1889 году проживало около 700 татар и 200 русских. Вышедший на рубеже 80-х и 90-х годов путеводитель по Алупке рекомендовал для жизни несколько дач, среди которых выделял виллу А. П. Погодиной — лучшее здание Алупки с двенадцатью меблированными комнатами, на которые были установлены определенные цены, не повышавшиеся по мере наступления сезона (55 - 100 рублей в месяц летом и две трети летней платы в зимний сезон). Вилла была снабжена канализацией, имела отдельную прачечную и кухню. К услугам квартирующих были общий зал, столовая, пианино и «кабинетная музыкальная машина».

Люди, ограниченные в средствах, могли снять в деревне комнату в татарском доме. Этот способ размещения довольно нелестно аттестовался П. Чвым : «К сожалению, — пишет он, — сакли лишены некоторых необходимых удобств и содержатся не особенно опрятно: нечистоты выливаются тут же у балкона, по земляным крышам ночью визжат и бегают крысы». Интересно, что М. Сосногорова и своем путеводителе в 1871 году говорит, что эти комнаты, напротив, «хорошенькие и очень чистые», нот насколько менее чем за двадцать лет изменились представления о необходимом уровне комфорта.

В конце XIX века к услугам алупкнинских «дачников был ресторан Долгова, помещение которого служило также и гостиницей. Постепенно уровень удобств повышается. В 1889 году в Алупке вновь появляется почта, а вскоре и телеграф. Современники отмечают в качестве особенности алупкинского подхода к организации приема приезжающих его подчеркнуто «европейский» характер. «Здешние «деревенские» торговцы, - пишет автор путеводителя, стараются всячески угодить и задобрить покупателя, отпуская ему товар в «городских» бумажных мешочках с надписью фирмы и с полной прописью своей личности (например «Накаленная, колониальная, посудная, железная и карамельная (!) торговля Аджи Абибуллы Касим Эфенди в Алунко), печатают прейскуранты, раздают своп визитные карточки, и, конечно, все это делается не в убыток себе». В 1899 году местные «интеллигентные домохозяева» основали «Общество благоустройства Алупки как курорта», которое развернуло энергичную деятельность (ею ведал комитет общества под председательством местного дачевладельца генерал-майора Л. И. Лемпицкого) в немало сделало для развития местечка. Газета «Крымский курьер» в 1901 году констатировала: Алупка за последние 15 20 лет стала неузнаваемой. Из прежней татарской деревни, в которой трудно было найти порядочное помещение, она преобразилось в благоустроенное местечко... Здесь есть пре­красные магазины, почти не уступающие ялтинским, множество красивых дач,построенных большею частью на землях владельцев Алупки, взятой в долгосрочную аренду, причем красотою многие из этих дач могут поспорить с итальянскими виллами». В 1904 г. в Алупке - тогда еще деревне - была устроена сплавная канализация - случай невиданный в России, где канализацию имели редкие города (вскоре заботы по ее расширению были вверены отдельному «Обществу канализации и водоснабжения Алупки»). Улицы Алупки замощались и поливались водой. Выла организована вывозка мусора. В 1911 году центральная Воронцовская улица была освещена керосиново-калильными фонарями (другие улицы освещались просто керосиновыми). В 1911-12 годах инженер Ф. ИI. Платсонн построил новый шаанканский водовод, а в 1914 году заработала электростанция, которая подавала электроэнергию и Воронцовский дворец и крупные имения. Центром курортной жизни стало местное «Общественно!- собрание» с театральным залом и садом, где к услугам публики были теннис, крикет, кегли, бильярд и читальня. Со временем Алупка обзавелась новомодным видом увеселения публики - двумя «электротеатрами», или синематографами.

Некоторые виллы становятся пансионами и гостиницами. Путеводители К) ч годов XX века рекомендовали приезжающим в Алупку два отеля «Россия» (50 номеров) и «Франция* (25 номеров) с комнатами от 2 рублей в сутки. Они же советовали останавливаться в пансионах - Смуровой, Денисовой, Лемпицкого, Попова и других, всего свыше двадцати, где приезжающие обеспечивались не только жильем, по и столом. Алупка предлагала также традиционные «меблированные комнаты», лучшие из которых находились па даче «Людмила», в здании ресторана Долгова и др. алупкнинских домах. Кроме этого, в Алупке накануне Первой мировой войны сдавались помещения в более чем полусотне дач (всего в Алупке было более 150 дач). Цены на размещение и питание были несколько выше, чем в среднем по Южному берегу, в силу чего Алупка считалась дорогим аристократическим курортом.

Именно в Алупке началось систематическое использование климатических условий в лечебных целях. В 1902 году доктором А. Л. Бобровым была основана первая в Крыму детская «санатория» для больных костным туберкулезом. К 1913 году здесь работали три общественные «санатории» (в том числе основанная Пермским губернским земством) и одна частная д-ра Д. A. Гохбаума.

Накануне Первой мировой войны владелица майората графиня Воронцова - Дашкова ассигновала крупную сумму и полтора миллиона рублей на постройку большой гостиницы, курзала и ванного заведении, однако до революции она не успела быть истраченной...

Популярность Алупки год от года росла. В 1908 г. ее посетило 7.064 чел., в 1909 - 7.842, в следующих, 10-м и 11-м гг. их количество перевалило за десять тысяч (соответственно 10.354 и 11.770 чел.), в 1912 году оно составило 15.980 приезжих, т. е. оказалось немногим меньше, чем во втором по величине курорте Крыма - Евпатории.

Алупка, Воронцовский дворец и парк привлекали также большое количество экскурсантов из отстоящей на 12 верст Ялты и других ближайших мест. Сообщение между ними в начале ХХ века осуществлялось экипажами, пароходами местной линии судовладельца Гавалло в автомобилями.

Недостатками Алупки как курорта путеводители отмечали слишком маленький пляж, на котором к тому же находилась пристань, из-за чего вода часто бывала грязной, и небольшой выбор развлечений. Накануне мировой войны ялтинская газета «Русская Ривьера» не без ехидства отмечала: «В Алупке по-прежнему единственное развлечение для приезжей публики - иллюзионы, щеголяющие друг перед другом различными «сенсациями». Несмотря на то, что Алупка считается одним из больших курортов на Южном берегу Крыма, там, за исключением гостиницы «России», нет музыки».

Однако основной проблемой курортного развития Алупки было то, что ее никак не признавали городом. Несмотря на свою всероссийскую славу, это одно из старейших курортных мест продолжало оставаться деревней, что ли­шало ее «всякой возможности предпринять и осуществить многие благие начинания»69, в частности, ее обитатели были освобождены от уплаты сезонного сбора, который играл столь большую роль в развитии Ялты, дачевладельцы не имели права голоса в сельском собрании Алупки и т. д. Местные общественные деятели неоднократно ставили вопрос о наделении Алупки статусом го­рода. В 1899 году Общество благоустройства подало ходатайство о преобразовании административного статуса Алупки, но дело было отложено. Вновь алупкинцы возбудили этот вопрос в 1910 году, но и на этот раз положительно­го решения принято не было. Основным камнем преткновения была судьба воронцовского майората (12% всего пространства алупкинской земли и 20% общей ценности всех недвижимых имуществ). Энтузиасты изменения статуса Алупки требовали включить его в городские границы, без чего новообразованный город просто не смог бы полноценно существовать, но его владельцы не желали идти на это. Характерно, что вторые после Воронцовых алупкинские землевладельцы — хозяева имения Алупка-Сара князья Трубецкие не только готовы были включить свои земли в состав будущего города, но и безвозмездно предоставляли Алупке 200 саженей своей земли под устройство базара. Само имение Трубецких площадью 80.000 кв. саженей было разбито на участки, которые предлагались к продаже под дачную застройку70. Дав рождение Алупке как курортной местности, знаменитое имение Воронцовых стало, таким образом, главным препятствием в ее дальнейшем развитии (хотя, возможно, именно благодаря этому обстоятельству сегодня мы имеем возможность любоваться знаменитым Воронцовским парком). В отличие от значительно менее развитой в курортном отношении Алушты, этот первенец курортного развития Южнобережья так и не смог обрести административную самостоятельность (для сравнения: с 1896 по 1899 г. в Алупке было возведено 111 новых построек, а в Алуште только 63; в сезон 1899 г. в Алупке было 5000 приезжих, в Алуште только 1800).

Вплоть до революции и много лет спустя, Алупка, дав, по существу, в свое время толчок к развитию Ялты и других мест Южного берега, оставалась ее предместьем, ближайшим спутником, который мечтал, но так и не смог вы­рваться из ее орбиты. Но хотя, более молодая Ялта и затмила своим блеском некогда лучшую жемчужину Южного берега, все же в этом блеске отчетливо заметны и алупкинские «лучи».


Отзывы :

Комментариев нет
Ваша оценка: 0    
Отели Ялты
Реклама:
 
Использование материалов сайта Крымский Берег без разрешения администратора - запрещено.

Реклама на сайте Крымский Берег
Яндекс.Метрика

Страница создана за 5.035 секунд